Francescoscatena / Depositphotos.com

В 2018 году 34 субъекта РФ, включая Москву, провели оценку кадастровой стоимости объектов недвижимости по новым правилам. На это обратила внимание член рабочего органа Совета по оценочной деятельности при Минэкономразвития РФ по стратегии развития оценочной деятельности, заместитель председателя дисциплинарного комитета СРО «Федерация специалистов оценщиков», генеральный директор, управляющий партнер ООО «Профессиональная Группа Оценки», MRICS Анна Исаева на тематическом круглом столе в МТПП. Новые правила определения кадастровой стоимости объектов недвижимости, напомним, предусмотрены Федеральным законом от 3 июля 2016 года № 237-ФЗ «О государственной кадастровой оценке» (далее – Закон № 237-ФЗ). Им установлено в том числе то, что определять кадастровую стоимость объектов уполномочены государственные бюджетные учреждения (далее – ГБУ), а не оценочные организации, отбираемые по конкурсу (ч. 1 ст. 14 Закона № 237-ФЗ). Комиссии по рассмотрению споров о результатах определения кадастровой стоимости могут теперь и не создаваться в регионах, а досудебный порядок оспаривания в них кадастровой стоимости, соответственно, не является для юрлиц обязательным согласно новым правилам (ч. 1 ст. 22 Закона № 237-ФЗ).

Минэкономразвития России в октябре 2018 года разработало законопроект о внесении изменений в Федеральный закон от 29 июля 1998 г. № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» и Закон № 237-ФЗ. Данным проектом предполагается среди прочего исключить из Закона № 237-ФЗ положения о том, что в случае исправления ошибок, как технических, так и методологических, совершенных при определении кадастровой стоимости, допускается изменение кадастровой стоимости только в сторону понижения (ч. 8 ст. 20 и ч. 16 ст. 21 Закона № 237-ФЗ). По мнению Анны Исаевой, такие изменения в случае их вступления в силу ухудшат положение правообладателей объектов недвижимости по сравнению с действующим регулированием, и не будут способствовать качественному определению кадастровой стоимости со стороны ГБУ.

В то же время законопроектом предлагается предусмотреть ответственность руководителя ГБУ за проведение кадастровой оценки. Так, указывается, что если доля удовлетворенных судом заявлений об оспаривании принятых в течение календарного года решений ГБУ, которыми было отказано в исправлении допущенных при определении кадастровой стоимости ошибок либо в установлении кадастровой стоимости объекта в размере рыночной, от общего количества принятых ГБУ в течение календарного года решений превысила 20% для одного из оснований или 15% в сумме по обоим основаниям, то орган регистрации прав направляет в уполномоченный орган субъекта РФ представление о расторжении трудового договора по инициативе работодателя с руководителем ГБУ.

Может ли требование установления кадастровой стоимости в размере рыночной рассматриваться как оспаривание императивно установленного налогового платежа? Узнайте ответ в «Энциклопедии судебной практики. Закон об оценочной деятельности. Кадастровая оценка» интернет-версии системы ГАРАНТ. Получите полный доступ на 3 дня бесплатно!

При определении кадастровой стоимости объектов недвижимости необходимо учитывать их индивидуальные характеристики. Председатель подкомитета МТПП по судебно-оценочной экспертизе, член Совета по оценочной деятельности Минэкономразвития РФ, вице-президент СРО «Федерация специалистов оценщиков», основатель и управляющий партнер ООО «Профессиональная Группа Оценки», к. э. н., MRICS Ирина Комар показала важность такого учета на конкретных практических примерах. Так, в одном деле речь шла о двух объектах недвижимости – торговых центрах, принадлежащих одному правообладателю, со сходными характеристиками (год постройки, конструкция, назначение, расположение – адреса зданий разнились только по номеру строения, и т. д.). При этом их кадастровая стоимость отличалась по состоянию на 1 января 2016 года более чем в два раза. Комиссия по рассмотрению споров о результатах определения кадастровой стоимости отказала в ее пересмотре. Безуспешным для правообладателя объектов оказалось и оспаривание кадастровой стоимости в суде первой инстанции. Однако в итоге Верховный Суд Российской Федерации, рассматривая дело в качестве суда апелляционной инстанции, назначил экспертизу, по итогам проведения которой рыночная стоимость одного объекта была определена на 56% ниже кадастровой, а другого – на 16% выше. ВС РФ, опираясь на отчет оценочной организации, удовлетворил требование истца об установлении кадастровой стоимости первого объекта в размере рыночной. А от аналогичного требования по второму объекту истец отказался.

Еще в одном деле правообладателю удалось снизить кадастровую стоимость объекта благодаря учету оценщиком его индивидуальных характеристик на 57%. Изначально при определении кадастровой стоимости не было принято во внимание, что 50% площади объекта приходится на чердак, который нельзя эксплуатировать. Помещение в целом по своему функциональному назначению определялось как офисное, но чердак при этом не был оборудован соответствующим образом, а представлял собой по сути технический этаж. Суд при рассмотрении дела учел соответствующие пояснения оценщика и установил кадастровую стоимость объекта в размере рыночной.

Ирина Комар заключила, что точно определить рыночную стоимость объекта недвижимости можно только путем его индивидуальной профессиональной оценки. Ведь при массовой кадастровой оценке объектов недвижимости, какими бы методиками не пользовались кадастровые оценщики, учесть все индивидуальные характеристики объекта невозможно.

Напомним также, что кадастровая стоимость объектов недвижимости не должна включать НДС. Такую позицию, в частности, обозначил ВС РФ.

AerialMike / Depositphotos.com

Еще в 2014 году рабочая группа, в которую вошли помимо судей и сотрудников ВС РФ представители СИП, Роспатента, Исследовательского центра частного права имени С. С. Алексеева при Президенте РФ, эксперты ведущих вузов, начала разрабатывать в целях обеспечения правильного и единообразного разрешения судами споров об охране и защите интеллектуальных прав актуальный проект Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации о применении части четвертой Гражданского кодекса (далее – Проект). Текущая редакция документа обсуждалась вчера на заседании Пленума ВС РФ (Проект имеется в распоряжении портала ГАРАНТ.РУ).

Проект включает в себя 13 содержательных разделов (без учета заключительных положений) и 185 пунктов. В нем последовательно разобраны вопросы:

• международного регулирования в сфере интеллектуальной собственности, подведомственности и подсудности дел, связанных с применением положений части четвертой ГК РФ, и действия указанных положений во времени;
• применения общих норм ГК РФ об интеллектуальных правах;
• распоряжения исключительными правами;
• защиты интеллектуальных прав в общем;
• авторского права (данный раздел является наиболее обширным);
• применения регулирования в отношении смежных с авторскими прав;
• патентного права;
• порядка охраны секретов производства (ноу-хау);
• защиты права на фирменное наименование;
• правовой охраны товарных знаков и знаков обслуживания;
• охраны наименования места происхождения товара;
• использования коммерческого обозначения.

Подведомственность и подсудность

В Проекте среди прочего отмечается, что споры об определении размера вознаграждения авторов (соавторов) отнесены к компетенции судов общей юрисдикции. Если же в деле принимает участие организация, осуществляющая коллективное управление авторскими и смежными правами, то оно рассматривается арбитражным судом, независимо от того, выступает такая организация от имени правообладателей (юрлиц, ИП или граждан, не являющихся ИП) или от своего имени. Кроме того, независимо от субъектного состава участвующих в деле лиц в арбитражных судах подлежат рассмотрению споры о средствах индивидуализации (за исключением споров о наименованиях мест происхождения товаров). При этом к ним не относятся, в частности, споры, связанные с применением законодательства о защите прав потребителей, о наследовании и разделе общего имущества супругов.

Дела, связанные с защитой авторских и (или) смежных прав (кроме прав на фотографические произведения) в информационно-телекоммуникационных сетях, включая Интернет, по которым при этом Московским городским судом на дату подачи искового заявления приняты и не отменены предварительные обеспечительные меры согласно ст. 144.1 Гражданского процессуального кодекса, рассматриваются указанным судом в качестве суда первой инстанции независимо от субъектного состава участников спорных правоотношений, а также от характера спора (ч. 3 ст. 26 ГПК РФ, ст. 28 Арбитражного процессуального кодекса). При этом если лицо обратилось по соответствующему делу в суд общей юрисдикции и не сообщило этому суду, принявшему иск к производству, о принятии Московским городским судом предварительных обеспечительных мер, которые не отменены на дату подачи заявления, то дело подлежит передаче на рассмотрение в Московский городской суд (п. 3 ч. 2 ст. 33 ГПК РФ). Если лицо при подобных обстоятельствах обратилось в арбитражный суд, то он тоже должен передать дело в Московский городской суд (ч. 4 ст. 39 АПК РФ с учетом изменений согласно Федеральному закону от 28 ноября 2018 г. № 451-ФЗ).

Пересмотр в порядке кассационного производства судебных актов арбитражных судов субъектов РФ и арбитражных апелляционных судов по спорам о защите интеллектуальных прав осуществляется СИП. В таком же порядке рассматриваются кассационные жалобы по делам, в которых одно из заявленных требований касалось защиты интеллектуальных прав. В Проекте отмечается, что при этом пересмотр в порядке кассационного производства судебных актов по делам о несостоятельности (банкротстве), налоговым спорам, а также по делам, рассмотренным по правилам главы 28.1 АПК РФ (корпоративные споры), даже если в ходе их рассмотрения рассматривались те или иные вопросы защиты интеллектуальных прав, осуществляется в общем порядке арбитражными судами округов. Подчеркивается, что заявление о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования в случае возбуждения в отношении правообладателя дела о банкротстве рассматривается в рамках соответствующего дела.

Некоторые вопросы распоряжения исключительными правами и защиты интеллектуальных прав

Документом предусматривается, что в случае внесения подлежащего денежной оценке исключительного права, иного интеллектуального права (например, права на получение патента) или права по лицензионному договору в качестве вклада в уставный (складочный) капитал хозяйственного товарищества или общества при наличии указания об этом в решении о создании (внесении имущества в капитал или договоре об учреждении (создании) товарищества или общества), а также при наличии в таком решении всех существенных условий, подлежащих включению, соответственно, в договор об отчуждении исключительного права или лицензионный договор, заключение отдельного соответствующего договора не требуется (п. 1 ст. 1233 ГК РФ). При этом на данный момент в п. 11 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26 марта 2009 г. № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 5/29) содержится несколько иная позиция. В нем указывается на необходимость заключения отдельного договора.

В Проекте поясняется, что если предполагаемые к созданию в будущем результат интеллектуальной деятельности (далее – РИД) или средство индивидуализации будут после их создания относиться к числу подлежащих госрегистрации, то отчуждение исключительного права или предоставление права использования данного результата или средства после их регистрации тоже подлежит госрегистрации.

Акцентируется внимание в документе также на том, что факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей может подтверждаться в том числе аудио- или видеозаписями. При этом для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласие на проведение записи или съемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется. Информация о распространении гражданином контрафактной продукции не является информацией о его частной жизни, в том числе информацией, составляющей личную или семейную тайну.

При подаче в суд требования о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав для подтверждения расчета и стоимости нарушенного права допускается представление данных о стоимости исключительного права, в том числе и из зарубежных источников. Организации по управлению правами в качестве одного из доказательств вправе привести ссылки на утвержденные ими ставки и тарифы в обоснование расчета взыскиваемой компенсации.

Оценить перспективы рассмотрения вашего дела поможет аналитическая система «Сутяжник». В результате анализа текста искового заявления или претензии робот-помощник подберет наиболее релевантную судебную практику. Воспользоваться

Важные разъяснения касаются ответственности информационных посредников. Является ли конкретное лицо таким посредником, устанавливается судом с учетом характера осуществляемой данным лицом деятельности. Если оно осуществляет деятельность, которая указана в ст. 1253.1 ГК РФ, то лицо признается информационным посредником в части осуществления этой деятельности. В случае если лицо осуществляет одновременно различные виды деятельности, то вопрос об отнесении такого лица к информационному посреднику должен решаться применительно к каждому виду деятельности. Ответственность информационных посредников, в том числе и за нарушения в сфере предпринимательской деятельности, наступает при наличии вины.

Отмечается, что владелец сайта самостоятельно определяет порядок использования сайта. Поэтому бремя доказывания того, что материал, включающий РИД или средства индивидуализации, размещен на сайте третьими лицами, и, соответственно, владелец сайта является информационным посредником, лежит на владельце сайта. При отсутствии таких доказательств презюмируется, что владелец сайта является лицом, непосредственно использующим соответствующие РИД или средства индивидуализации. Если владелец сайта вносит изменения в размещаемый третьими лицами на сайте материал, содержащий РИД или средства индивидуализации, разрешение вопроса об отнесении его к информационным посредникам зависит от того, насколько активную роль он выполнял в формировании размещаемого материала и (или) получал ли он доходы непосредственно от такого размещения. Если иное не следует из обстоятельств дела, презюмируется, что владельцем сайта является администратор доменного имени, адресующего на соответствующий сайт.

Лицо, предоставляющее ссылку на другой материал, находящийся в информационно-телекоммуникационной сети, по своему характеру действий приравнивается к информационным посредникам (п. 3 ст. 1253.1 ГК РФ), так как оно определяет возможность перехода к этому материалу. Вместе с тем в случае использования ссылки, при которой на просматриваемом сайте отражается находящийся на ином сайте материал без перехода на этот сайт, возможность применения к лицу, разместившему такую ссылку, норм об информационных посредниках зависит от того, каким образом оформлена ссылка и как посетители сайта воспринимают данный материал. Если отсутствует указание на то, что материал находится на ином сайте, и посетители сайта воспринимают материал как часть именно просматриваемого сайта, то лицо, разместившее ссылку, признается непосредственно использующим соответствующие РИД или средства индивидуализации.

Авторское право 

Проект содержит разъяснение о том, что творческий характер создания произведения не зависит от того, создано ли произведение автором собственноручно или с использованием технических средств. Вместе с тем результаты, созданные с помощью технических средств в отсутствие творческого характера деятельности человека (например, фото- и видеосъемка работающей в автоматическом режиме камерой видеонаблюдения, применяемой для фиксации административных правонарушений), объектами авторского права не являются.

Подчеркивается, например, что не любое действующее лицо произведения является персонажем в смысле п. 7 ст. 1259 ГК РФ. Истец, обращающийся в суд за защитой прав именно на персонаж как часть произведения, должен обосновать, что такой персонаж существует как самостоятельный РИД. При этом учитывается, обладает ли конкретное действующее лицо произведения достаточными индивидуализирующими его характеристиками (внешним видом, характером, отличительными чертами, например, движениями, голосом, мимикой, речевыми особенностями и т. д.), в силу которых действующее лицо является узнаваемым даже при его использовании отдельно от всего произведения в целом. В отношении персонажа произведения не используется понятие сходства до степени смешения. Наличие внешнего сходства между персонажем истца и образом, используемым ответчиком, является лишь одним из обстоятельств, учитываемых при установлении факта воспроизведения используемого произведения (его персонажа).

Внимание в документе обращается среди прочего и на то, что использование переработанного произведения (в том числе модифицированной программы для ЭВМ) без согласия правообладателя на такую переработку само по себе образует нарушение исключительного права на произведение независимо от того, является ли лицо, использующее переработанное произведение, тем, кто осуществил переработку.

***

В заключительных положениях Проекта указывается, какие акты признаются не подлежащими применению или утратившими силу, а какие – изменяются. Утратившим силу предполагается признать и Постановление № 5/29.

Проект в целом поддержали представители судейского сообщества, в том числе Председатель СИП Людмила Новоселова, а также Минюст России, Генеральная прокуратура и Роспатент в лице Руководителя ведомства Григория Ивлиева. Документ был направлен на доработку в сформированную по итогам заседания редакционную комиссию.

Dmyrto_Z / Depositphotos.com

Чиновники считают, что ответ на этот вопрос зависит от того, как в трудовом договоре зафиксировано условие о его сроке (письмо Минтруда России от 7 марта 2019 г. № 14-2/В-139):

1. Если в договоре было оговорено, что он заключен на определенный срок, с указанием конкретной даты, то он подлежит расторжению с истечением срока его действия в указанную дату.
2. Если в договоре было оговорено, что он заключен на время отпуска по уходу за ребенком основного работника, он подлежит расторжению на следующий рабочий день после окончания отпуска по уходу за ребенком основного работника.
3. Если же в договоре не указана конкретная причина отсутствия основного работника, а также дата расторжения трудового договора, то договор будет действовать до выхода основного работника в том числе в тех случаях, когда по окончании отпуска по уходу за ребенком работник не выходит на работу (например, в связи с предоставлением ему отпуска по беременности и родам).

Отметим, что в судах встречаются примеры аналогичного подхода. Например, если основной работник к работе еще не приступил, но у него закончился отпуск, нетрудоспособность или иной период, зафиксированный в срочном трудовом договоре с временным сотрудником, некоторые суды признают срок действия такого договора истекшим (определение Красноярского краевого суда от 29 апреля 2013 г. № 33-4007/2013, определение Самарского областного суда от 23 сентября 2013 г. № 33-8994/2013, определение Краснодарского краевого суда от 14 февраля 2012 г. № 33-3370/12). А Суд Ханты-Мансийского автономного округа признал законным увольнение работника в дату, указанную в трудовом договоре, заключенном для замены отсутствующего, несмотря на то, что постоянный работник продолжал отсутствовать и причина такого отсутствия не менялась (определение от 25 октября 2011 г. № 33-4794/2011).

Узнайте последние изменения правового регулирования трудовых отношений и кадрового делопроизводства, пройдя обучение по программе повышения квалификации, и получите диплом установленного образца

Но все же более распространенным среди судей является иной подход, согласно которому договор, заключенный на время отсутствия основного работника, может прекратиться только с выходом такого работника на работу независимо от того, как было сформулировано условие о сроке в трудовом договоре. Такая позиция базируется на буквальном толковании ст. 79 Трудового кодекса, согласно которой, трудовой договор, заключенный на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, прекращается с выходом этого работника на работу. Поэтому, даже если такой договор содержит указание на конкретную дату истечения срока или на причину отсутствия основного работника, соответствующие условия признаются судами ничтожными (определение Псковского областного суда от 6 ноября 2018 г. № 33-1802/2018, определение Волгоградского областного суда от 30 октября 2015 г. № 33-12379/2015, определение Самарского областного суда от 4 сентября 2018 г. № 33-10862/2018, определение Санкт-Петербургского городского суда от 24 января 2013 г. № 33-1039/2013). Таким образом, следование приведенным рекомендациям Минтруда России может привести к признанию увольнения работника незаконным.

Также в ведомстве напомнили, что истечение срока трудового договора является самостоятельным основанием его прекращения, поэтому при увольнении работника по данному основанию работодатель не обязан соблюдать правила, установленные Кодексом для случаев увольнения по инициативе работодателя. В частности, работник может быть уволен по данному основанию в период пребывания в отпуске и в период временной нетрудоспособности.